25 июля 1862 года на карте Кубани появилась станица Белореченская. В этом году ей исполнилось 164 года. Но пышных торжеств по понятным причинам, увы, не случилось. И мы задумались: а помнят ли сегодняшние белореченцы, с чего всё начиналось? Копать вглубь веков не стали – взяли историю ближе, кровнее.
В связи с тем, что недавно газета писала, как белореченская молодёжь сантиметр за сантиметром вытирала и вычищала мемориальный комплекс в городском парке Победы, мы решили проехать по сельским поселениям и своими глазами увидели, как выглядят памятники тем, кто пал в годы Гражданской и Великой Отечественной войн. Потому что отношение к обелискам – это лакмусовая бумага нашей совести.
Живые цветы в палящий зной
В центре села Школьного мемориал сияет новизной – недавняя реставрация сделала своё дело. Сквер вычищен до травинки, и даже в сильную жару у постамента лежат живые цветы. Значит, помнят. Значит, приходят.
Аллея Славы воинам СВО тоже выглядит достойно: кубы с именами, вазы с букетами – глазу приятно, душе спокойно.
А вот у школы в Новоалексеевском нас ждал неожиданный кадр: женщина средних лет методично собирала мусор с обочины и бросала в урну. Думали, культработник. Вроде, они добровольно взяли на себя обязанности по уходу за территорией, прилегающей к клубу. Но нет, просто местная жительница, которой не всё равно. И таких здесь, похоже, много.
Детская площадка, спортполе, клуб и обелиски – везде чисто. На скамейках вежливая просьба администрации: «Не мусорить». У памятников разбиты клумбы, за которыми явно ухаживают. Единственное, что резануло глаз: фамилии героев на мраморе выцвели на солнце так, что букв почти не разобрать. Подкрасить – и цены бы не было.
В хуторе Лантратове та же картина: трава скошена, но клумба у памятника, увы, заброшена. Посадили и забыли. Как часто это бывает.
Идеальный газон и закрытые ворота
Великовечненское поселение встретило нас идеальной стрижкой газонов. У Дома культуры им. Пушкина трава словно бархат, растения ухожены, у памятника свежий венок. Красота, да и только.
У Свято-Никольского храма та же идиллия. Памятник погибшим с трёх сторон обрамлён заборами: школьным, церковным и спортивным с газоном, достойным английского парка. Но вот незадача – мы приехали в выходной. Все три территории оказались на замке. В школе – каникулы, на спортплощадке – пауза, в храме служба уже закончилась.
Святое место стало неприступным. Чтобы увидеть памятник, пришлось буквально вглядываться в сетку. А если душа просит тишины и памяти в обычный воскресный день? Выходит, нельзя?
К счастью, нашёлся добрый человек, который открыл нам церковную калитку. Место оказалось прекрасным – опрятным, благородным.
Но вопрос повис в воздухе, как горькое послевкусие: для кого этот порядок – для людей или отчёта?
Курган, ушедший в траву
Когда подъехали к Кургану Славы в хуторе Ивановском, первая мысль была: «Мы не туда попали?» Огромный мемориал, который должен быть виден издалека, просто утонул в бурьяне. Гигантские белые буквы на склоне «Никто не забыт» уже не проглядываются сквозь заросли в человеческий рост.
Дорога наверх осыпалась оползнем. Пробираться к вершине по лестнице – всё равно что идти сквозь джунгли.
Наверху выкошен лишь крохотный пятачок у памятника создателю мемориала Саркису Татульяну. И это, скорее всего, заслуга его родственников. Единственный островок порядка в море запустения.
Человек положил жизнь на этот Курган, и когда его не стало – всё пошло прахом? Символично до жути: надпись о вечной памяти исчезла под зарослями одновременно с ним. Больно. Очень больно.
Но это были лишь цветочки. Ягодки ждали нас в посёлке Новом. Там, рядом с памятником, мы увидели детскую площадку. Трава на ней вымахала такой высоты, что полегла под собственной тяжестью. Даже вокруг резинового покрытия спортивных площадок заросли сорняка. Внутри бурелом, у лавочек – горы мусора, включая чей-то выброшенный бампер.
Клещи, змеи… Куда смотрят взрослые? Какой родитель отпустит сюда ребёнка?
Мы спросили у трёх подростков, сидевших на лавочке (они вели себя скованно и тихо, будто не в разгар каникул, а на уроке), куда ходят играть дети поселка Нового, имея в центре такую современную и дорогую площадку? В ответ всё та же тишина. Загадка.
Какая тут память о погибших, если нет заботы о живых?
Смех мальчишек и обрезки под кустом
В Родниковском поселении мы остановились у памятника в центре посёлка. Парк у администрации ухоженный, хотя трава уже начинает «плыть» за границы дозволенного. Вечером здесь было людно: взрослые на лавочках, старики беседуют, а на спортплощадке – гомон мальчишек с великами. Лето, каникулы, жизнь кипит.
Памятник в отличном состоянии. Читаются все фамилии. Приятно постоять, помолчать.
Но и здесь нашлось одно «но»… С тыльной стороны монумента, под лапами развесистого хвойника, валялись обрезки железа и деревянного бруса. Может, ремонтировали и забыли убрать? Или просто пока до ума не довели? Мелочь, но осадок остался.
Чтобы не стать пустым местом
Памятники – это не просто бетон и гранит. Это единственная ниточка, связывающая нас с теми, кто отдал жизнь за наше право сидеть на лавочках и гулять в ухоженных парках и скверах.
Мы увидели три разных лица нашего района: ухоженная гордость, закрытая красота и вопиющее запустение. В Школьненском поселении и Родниках история жива. В Великовечненском она красива, но иногда недосягаема. А в Южненском… там память просто задыхается в сорняках.
Нам есть чем гордиться, но есть и чего стыдиться. Вопрос не в деньгах на покраску букв или наём косца. Вопрос в совести и уважении. Каждый выкошенный метр перед обелиском – это поклон. Каждая незакрытая калитка в выходной – это приглашение к диалогу с прошлым.
Мы не можем изменить историю. Но мы можем не дать зарасти её следам. Пока мы помним – мы люди. Как только мы забываем – мы превращаемся в пустое место, заросшее бурьяном.
Елена ПРИХОДЬКО.
Фото автора.
